× Главная Мои работы Как заказать Контакты
Иконы Спасителя Иконы Пресвятой Богородицы Иконы Ангелов - Небесных Сил Иконы Святых Иконы Святой Троицы Мерная икона Иконы венчальные Семейная икона Все мои работы

Святой образ - это свет другого мира

Святой образ - это свет другого мира.

Святой образ - это свет другого мира.

Икона святого благоверного великого князя Димитрия Донского

Изображение: Икона святого благоверного великого князя Димитрия Донского

Описание

Деревянная доска 22,5х17,5 см, левкас, темпера, золочение нимба.

Стоимость и сроки

Для уточнения стоимости и сроков изготовления иконы, пожалуйста, свяжитесь со мной по телефону или электронной почте.

Посмотрите примерный прейскурант на работы


Деревянная доска 22,5х17,5 см, левкас, темпера, золочение нимба.

Память святого благоверного великого князя Димитрия Донского (12.10.1350 - 19.05.1389, Москва) празднуется 19 мая (1 июня) - в день преставления.

Память святого благоверного великого князя Димитрия Донского 6 июля (19 июля) - в Соборе Радонежских святых.

Память святого благоверного великого князя Димитрия Донского в воскресенье перед 26 августа (8 сентября) - в Соборе Московских святых.

Память святого благоверного великого князя Димитрия Донского 22 сентября (5 октября ) - в Соборе Тульских святых).

Жизнеописание святого благоверного великого князя Димитрия Донского

Отец Димитрия Иоанновича скончался 13 ноября 1359 г., когда княжичу было 9 лет. Реальная власть оказалась в руках советников покойного великго князя во главе с московским тысяцким В. В. Вельяминовым. Воспитание и обучение Димитрия Иоанновича проходило под наблюдением митрополита св. Алексия. Положение Московского княжества было неблагоприятным. В 1360 г. в Орде Владимирское великое княжение, ярлык на которое ранее получали московский князь Иоанн I Даниилович Калита и его сыновья, по решению хана Навруза было передано не Димитрию Иоанновичу, а суздальскому князю Димитрию (Фоме) Константиновичу.

Орда стремилась отодвинуть на задний план слишком усилившееся Московское княжество. Смуты, которые привели в начале 60-х гг. XIV в. к распаду Орды на ряд враждующих между собой политических образований, открыли для московских князей возможность возобновить борьбу за великое княжение. После того как Московский великий князь помог Димитрию Константиновичу вернуть себе нижегородский стол, который во время борьбы за великое княжение захватил его младший брат князь Борис Городецкий, между московским и нижегородским князьями был заключен не только прочный мир, но и династический союз, скрепленный в январе 1366 г. браком Димитрия Иоановича и младшей дочери Димитрия Константиновича - св. Евдокии Димитриевны (Евфросинии).

В 1363-1364 гг. войско вернуло Москве утраченные было галичские и ростовские земли. Ряд княжеских столов, например в Ростове и Стародубе, был занят князьями, ориентировавшимися на Москву. Все это означало утверждение политической гегемонии московского князя в Северо-Восточной Руси, полное восстановление утраченных ранее позиций. Раздробленная Орда оказалась не в состоянии помешать происшедшим переменам. Князю Димитрию Константиновичу не помог ханский ярлык на великое княжение, а его брату князю Борису - ханский ярлык на нижегородский стол. Эти успехи были делом рук советников отца Димитрия Иоановича и митрополита Алексия, фактически возглавлявшего Боярскую думу и выступавшего в качестве опекуна молодого московского князя. В летописном рассказе о борьбе за владимирский стол неоднократно указывается, что в военных походах Димитрия Иоановича сопровождали «все бояре». Московское боярство являлось опорой политики великого князя, направленной на объединение русских земель под его верховной властью. В княжение Димитрия Иоановича окончательно сформировался тот круг боярских родов, на которых в дальнейшем опиралась политика великих князей Московских по объединению великорусских земель. В исторической традиции сохранилась память об особо тесных, дружеских отношениях, соединявших Димитрия Иоановича и его бояр.

С серередины 60-х гг. XIV в. есть основание говорить уже о самостоятельной политике Димитрия Иоанновича, которая, впрочем, продолжала политику, проводившуюся в предшествующие годы. О немалых политических амбициях молодого великого князя говорит принятое им сразу после свадьбы решение построить в Москве каменный Кремль - первое сооружение такого рода на всей территории Северо-Восточной Руси.

Одной из важных задач политики правителей Москвы во 2-й половины 60-х гг. XIV в. стало укрепление ее влияния в Тверской земле, правители которой в 1-й четв. этого столетия были главными соперниками московских князей в борьбе за великое княжение. Вмешавшись в спор между тверскими князьями, Димитрий Иоаннович выслал войско на помощь князю Василию Михайловичу, боровшемуся со своим племянником святым Михаилом Александровичем, правившим в удельном г. Микулине. Этот шаг имел важные политические последствия. Михаил Александрович, вынужденный на время покинуть свои владения, обратился за помощью в Литву и вернулся в Тверь осенью 1367 г. с литовским войском. Его тверские противники и Димитрий Иоаннович были вынуждены заключить с ним мир. Из-за Тверского княжества возникла перспектива серьезного и опасного для Москвы конфликта с Литовским великим княжеством.

Смуты в Орде создали благоприятные условия для экспансии Литвы на юг и восток. В начале 60-х гг. XIV в. Великое княжество Литовское стало самым крупным и могущественным государством на территории Восточной Европы. Ольгерд стремился подчинить своему влиянию и те русские земли, которые не входили в состав его государства. К этой цели вело заключение брачных связей. Ольгерд 2-м браком был женат на св. Иулиании Александровне - сестре Михаила Александровича Тверского. На дочери Литовского великого князя был женат городецкий князь Борис Константинович, на другой дочери - один из наиболее влиятельных черниговских князей - Иван Новосильский. Вырисовывалась перспектива политического объединения русских земель под властью литовских князей-язычников. Обращение князя Михаила Александровича за помощью давало Ольгерду весомый повод для вмешательства в политическую жизнь Северо-Восточной Руси.

Московский великий князь и митрополит Алексий не испугались конфликта с сильным и опасным противником. Уже в 1368 г. в Москве стали готовиться к большой войне с Ольгердом. Были заключены скрепленные присягой соглашения с великим князем Смоленским Святославом Ивановичем и черниговскими князьями о совместном выступлении против Ольгерда. Уже в начале 1368 г. двоюродный брат Димитрия Иоанновича серпуховской князь Владимир Андреевич занял г. Ржева. Однако задуманный план осуществить не удалось. Война началась вступлением московских войск во владения Михаила Тверского и его бегством в Литву. Между тем союзники не поддержали Димитрия Иоановича, напротив, «смоленская сила» участвовала в военных действиях на литовской стороне. Осенью 1368 г. Ольгерд скрытно собрал большое войско и в конце ноября неожиданно напал на Московское княжество. Димитрий Иоаннович не успел собрать войско и сел в осаду в Кремле. Литовцы не смогли взять каменную крепость и ушли, разорив окрестности города и уведя много пленных. Это не заставило Димитрия Иоанновича прекратить борьбу. В 1370 г. его воеводы ходили походом к Брянску, выгнали из его владений кн. Ивана Новосильского, зятя Ольгерда, а в сент. 1370 г. сам Димитрий Иоаннович предпринял поход в Тверскую землю, и князю Михаилу Александровичу пришлось снова уехать в Литву. Ответом на эти действия стал 2-й поход Ольгерда на Москву поздней осенью-зимой 1370 г. 6 декабря войска Ольгерда подошли к Москве и 8 дней стояли под стенами Кремля. Однако в г. Перемышле, недалеко от Москвы, где «затворился» Димитрий Иоаннович, собрались русские отряды во главе с Владимиром Андреевичем, к которым присоединились союзники из Рязани и Пронска. По инициативе Ольгерда было заключено перемирие, и он увел свое войско.

К этому времени положение осложнилось вмешательством Орды в борьбу между Москвой и Тверью. В итоге смут, охвативших Ордынское государство, к конце 60-х гг. XIV в. оно распалось на 3 части. Ордынская знать, правившая в землях Поволжья, не обладала большой военной силой, ее земли постоянно пытались захватить то Мамай, то правители Кок-Орды. С Кок-Ордой у русских князей никаких связей не было, некоторые князья (в их числе Димитрий Константинович) в 1-й половине 60-х гг. еще признавали власть сарайских ханов, но в дальнейшем перестали с ними считаться. В 60-х гг. Димитрий Иоаннович сидел на великом княжении, располагая ярлыком ставленника Мамая хана Абуллаха.

Осенью 1370 г. «из Литвы» к Мамаю направился тверской князь Михаил Александрович хлопотать о получении ярлыка на Владимирское великое княжение. Этот шаг существенно изменял характер конфликта между Москвой и Тверью. Теперь речь шла о попытке утвердить тверского князя в качестве первого среди князей Сееро-Восточной Руси. Мамай, не заинтересованный в усилении Москвы, выдал ему такой ярлык, но население великого княжества не приняло Михаила Александровича. Правителю Твери вновь пришлось бежать в Литву. Его претензии на великое княжение должен был поддержать 2-й поход Ольгерда на Москву, но эта цель не была достигнута.

Ольгерд перестал поддерживать князя Михаила Александровича и стал искать соглашения с Москвой. В июне 1371 г. Москву посетили литовские послы. При участии митр. Алексия было заключено соглашение о браке князя Владимира Андреевича с дочерью Ольгерда Еленой. В январе-феврале 1372 г. брак был заключен. Возможно, таким образом Ольгерд рассчитывал в дальнейшем привлечь Владимира Андреевича на свою сторону, но внести разлад в отношения между двоюродными братьями ему не удалось. Уже в 60-х гг. XIV в. советники Димитрия Иоанновича прилагали усилия, чтобы заинтересовать удельного князя в поддержке старшего брата; на территории великого княжения Владимирского появились земли, принадлежавшие боярам и слугам Владимира Андреевича. Заботился об укреплении отношений между братьями митрополит Алексий. Но «розмирье» между братьями произошло лишь в самом конце правления Димитрия Иоанновича.

Князь Михаил Александрович продолжал искать поддержки в Орде и в апреле 1371 г. вернулся в Тверь с ярлыком на Владимирское великое княжение. Однако его жители снова не приняли тверского князя, и тогда Михаилу Александровичу пришлось силой захватывать земли Владимирского великого княжества. В этих условиях московским политикам в начале лета 1371 г. удалось заключить с Великим Новгородом договор о союзе, направленном против Твери и ее возможного союзника Литвы. Постоянная поддержка Михаила Александровича со стороны Мамая встревожила московских политиков. В июне 1371 г. Димитрий Иоаннович с большими дарами отправился к Мамаю, до Оки его провожал митрополит Алексий. В Орде, обязавшись выплатить большой «выход», Димитрий Иоаннович добился ярлыка на великое княжение от нового хана Мухаммед-Булака. В отсутствие великого князя войска Михаила Александровича несколько раз вторгались на территорию Владимирского великого княжества, и некоторые земли (напр., Бежецкий Верх) ему удалось захватить. Опасаясь нападения тверских войск, Великий Новгород заключил соглашение с правителем Твери как великим князем и обязался принять его наместников, «если вынесуть тобе из Орды княжение великое».

Осенью 1371 г. Димитрий Иоаннович вернулся из Орды с великокняжеским ярлыком. Всем пришлось выплачивать тяжелую дань, но и в этих условиях население Владимирского великого княжества не стало переходить на сторону Михаила Тверского, что фактически предрешило исход борьбы, несмотря на то что на стороне правителя Твери снова выступила Литва. Весной 1372 г. на помощь Михаилу Александровичу пришла литовская рать во главе с братом Ольгерда князем Кейстутом. Войска тверского князя взяли Дмитров, а войска Кейстута разорили округу Переяславля Залесского. Литовско-тверское войско также заняло Торжок, где Михаил Александрович посадил своих наместников. 31 мая 1372 г. при попытке новгородцев выгнать их из Торжка правитель Твери нанес новгородцам страшное поражение. Для закрепления достигнутых успехов Ольгерд вместе с тверским князем в 3-й раз выступил в поход на Москву. В июле 1372 г. на Оке, у г. Любутска, литовско-тверское войско встретил Димитрий Иоанович со своим войском. На его стороне выступили рязанские князья и «великий князь Роман» - старший среди черниговских князей. Ольгерд не решился на сражение, и стороны заключили перемирие. В грамоте о перемирии как союзники Димитрия Иоановича указаны рязанские князья и «великий князь Роман». По одному из его условий Михаил Тверской обязывался вернуть имущество, захваченное им на территории великого княжения, а Димитрий Иоанович получал право выслать тверских наместников. В случае новых нападений правителя Твери на земли Владимирского великого княжения литовского князья Ольгерд и Кейстут обязывались не вмешиваться в отношения между московским и тверским правителями.

Заключенное в 1372 г. соглашение положило конец попыткам литовских князей вмешиваться в политическую жизнь княжеств Северо-Восточной Руси, чтобы подчинить их своей власти и влиянию. В упорной борьбе Димитрий Иоанович не только остановил литовское наступление, но и вырвал из-под литовского влияния княжества Черниговской земли, расположенные в верховьях Оки. Тем самым для русских земель этого региона была обеспечена возможность самостоятельного развития. Утратив поддержку Литвы, Михаил Александрович был вынужден искать мира с Москвой и Великим Новгородом. По соглашению, заключенному в янв. 1374 г., правитель Твери свел своих наместников с территории великого княжения и обязался вернуть Великому Новгороду имущество и пленных, захваченных при взятии Торжка. Руководящая роль Москвы в политической жизни Северо-Восточной Руси упрочилась, и ее глава, Димитрий Иоанович, выступил в последующие годы как объединитель русских княжеств в их борьбе с Ордой.

Напряжение в отношениях Орды Мамая с русскими княжествами стало нарастать с 1373 г., когда ордынские войска напали на Рязанскую землю и Димитрий Иоанович, «собрав всю силу княжения великого», стоял на Оке, ожидая набега ордынцев. Военное напряжение нарастало и в следующем году, русский летописец кратко отметил: «А князю великому Дмитрию Московскому бышеть розмирие с татары и с Мамаем». В конце ноября 1374 г. в Переяславле собрался съезд князей, по предположению ряда исследователей, здесь было принято общее решение о борьбе с Ордой Мамая. По инициативе великого князя Московского была прекращена выплата тяжелого «выхода». Началась война. В 1375 г. войска Мамая разорили южные районы Нижегородского княжества.

Новым обострением отношений между Димитрием Иоановичем и Ордой попытался воспользоваться Михаил Тверской, чтобы захватить великокняжеский стол. 13 июля 1375 г. ему привезли из Орды Мамая ярлык на Владимирское великое княжение. Надеясь на поддержку Орды, правитель Твери разорвал мир с Москвой и вновь захватил часть территории великого княжения. Однако на этот раз он оказался в полной изоляции. В начавшемся в конце июля походе на Тверь вместе с московской ратью приняли участие войска почти всех князей Северо-Восточной Руси, черниговские союзники Димитрия Иоановича и даже «князь Иван Васильевич Смоленский». В заключенном позднее мирном договоре «великий князь Смоленский» фигурировал как союзник великого князя Московского. Это свидетельствует о том, что к 1375 г. Смоленск разорвал отношения с Литвой и перешел на московскую сторону. Под стенами Твери к союзникам присоединилось также новгородское войско. Осада города продолжалась почти месяц, за это время была занята вся Тверская земля. Надежды на помощь от Литвы или от Орды Мамая не оправдались. Михаил Александрович был вынужден согласиться на мир, продиктованный Димитрием Иоановичем. Мирный договор был заключен «по благословению» митр. Алексия. Тверской князь признал себя «братом молодшим» правителя Москвы, отказался от притязаний на Владимирское великое княжение, обязался вступить в союз с Димитрием Иоановичем и участвовать со своим войском в походах вместе с ним. Кроме того, тверской князь обязался разорвать союз с Литвой и в случае войны между Литвой и Москвой участвовать в ней на московской стороне. В договор также вошло условие, предусматривавшее, что правитель Твери должен был участвовать в военных действиях против ордынцев и решать все вопросы отношений с ними лишь «по думе» с великим князем Московским. Все это означало полное поражение Михаила Александровича в борьбе за господство в Северо-Восточной Руси. Орда и Литва, на которых он рассчитывал, оказались неспособными повлиять на ход событий. Т. о., в 1375 г. не только окончательно упрочилась политическая гегемония Москвы в Северо-Восточной Руси, но и русские земли, объединившись, впервые выступили как единое политическое целое под главенством Димитрия Иоановича.

Ответом на присоединение смоленских князей к Димитрию Иоановичу стал поход литовцев на Смоленскую землю, а ответом на присоединение к московскому правителю черниговских князей стал набег войск Мамая на черниговские княжества, расположенные на верхней Оке. Так стало намечаться сближение Орды Мамая и Литвы, недовольных усилением Москвы и объединением под ее политическим руководством русских земель. В 1376 г. княязь Владимир Андреевич вел войну с Великим княжеством Литовским, а Димитрий Иоанович вновь стоял с войсками на Оке, охраняя себя и своих союзников от набегов ордынцев.

Военные действия между Москвой и Ордой развернулись первоначально у границ Нижегородского княжества. В них на русской стороне участвовали совместно московские и нижегородско-суздальские войска. Инициатива принадлежала русской стороне. Весной 1377 г. объединенные русские войска под командованием князя Д. М. Боброк-Волынского, шурина Димитрия Иоановича, предприняли поход на г. Болгар, подчинявшийся в то время Мамаю. Местные князья были разбиты, выплатили 5 тыс. рублей и приняли представителей русской власти - «даругу» (сборщика дани) и таможенника. Впервые часть владений Орды оказалась, хотя и на короткое время, в зависимости от русских князей (нижегородского и московского).

Летом 1377 г. московско-нижегородская рать потерпела сокрушительное поражение на р. Пьяне от войск «Мамаевой Орды», тайно проведенных мордовскими князьями; затем ордынцы напали на Нижний Новгород и разорили его. Эти успехи, по-видимому, побудили Мамая обратить внимание на владения Московского великого князя. Посланное им войско во главе с Бегичем Димитрий Иоанович встретил в Рязанской земле, в среднем течении р. Вожи. 11 августа 1378 г. ордынское войско было разгромлено. Погибли 5 ордынских князей, в руки победителей попал ордынский лагерь со всем имуществом. Случалось и ранее, что русские князья во 2-й половины XIV в. наносили поражение отрядам отдельных мурз, нападавших на их земли во время смут в Орде, но поражение войску, высланному правителем Орды, было нанесено впервые.

Тем временем осложнились отношения с Литвой. В 1377 г., после смерти Ольгерда, литовский великокняжеский стол занял один из его младших сыновей от 2-го брака Ягайло, что вызвало враждебную реакцию его старших братьев, родившихся от 1-го брака Ольгерда. Осенью 1377 г. один из них, полоцкий кн. Андрей, ушел с дружиной к Димитрию Иоановичу и зимой 1377/78 г. стал наместником Московского великого князя в Пскове. В декабре 1379 г. русское войско во главе с князьями Владимиром Андреевичем, Андреем Ольгердовичем и Д. М. Боброк-Волынским предприняло поход на земли Великого княжества Литовского и заняло города Трубчевск и Стародуб. На службу к Димитрию Иоановичу вместе с семьей, боярами и дружиной перешел младший брат князя Андрея - Дмитрий Ольгердович. Очевидно, к этому времени в Москве уже располагали сведениями о заключении союза между Мамаем и Ягайло и поход был реакцией Москвы на это событие.

К лету 1380 г. русские княжества во главе с Москвой оказались в сложном положении - против них выступил Мамай. Фактический правитель Орды тщательно готовился к походу, его войско было усилено наемными отрядами с Северного Кавказа (осетины, черкесы) и из итальянских колоний в Крыму и в Азаке (совр. Азов). Авторитет Мамая в степи усиливал заключенный союз с Литвой. В мае 1380 г. в Давыдишках Литовский великий князь Ягайло с братьями заключил мирное соглашение со своим воинственным западным соседом - Тевтонским орденом - и получил возможность двинуть войска на восток. К союзникам присоединился рязанский князь Олег (Иаков) Иванович, желавший таким образом обезопасить свои владения от ордынцев. Согласно договоренности, войска союзников должны были встретиться 1 сентября 1380 г. на Оке. В ожидании прихода литовского войска Орда Мамая вместе с ханом Тюляком находилась на полях «за Доном».

По свидетельству Пространной «Летописной повести», Мамай мог отказаться от похода, если бы ему дали такой «выход», какой платила Северо-Восточная Русь при хане Джанибеке, в период расцвета могущества Золотой Орды. Однако русские князья во главе с Димитрием Иоановичем отказались. Правитель Москвы принял решение опередить противников и встретиться с Мамаем до его соединения с литовским войском. По свидетельству Пространной «Летописной повести», в походе приняли участие «все князья русские». Когда, перейдя Оку, войско подошло к Дону, некоторые воеводы предлагали остановиться, но Димитрий Иоанович по совету Ольгердовичей принял решение перейти Дон и атаковать войска Мамая. 8 сентября 1380 г. русское войско сразилось с ордынцами на Куликовом поле, «на усть Непрядвы». Битва продолжалась весь день с большим ожесточением, оба войска несли огромные потери. Исход сражения решил удар «засадного полка» во главе с Владимиром Андреевичем. Обратившиеся в бегство ордынцы тонули в р. Мече. По свидетельству «Летописной повести», Димитрий Иоанович вопреки уговорам князей и воевод с начала битвы «бився с татарами в лице, став напреди». Все доспехи его были повреждены, но ни одной раны враги нанести ему не смогли.

Мамай бежал с поля сражения «в мале дружине». Ягайло, узнав об исходе сражения, из-под Одоева поспешно ушел назад с войском. Вслед за ним вместе с дружиной бежал рязанский князь Олег, покинув княжество. Димитрий Иоанович посадил в его столице - г. Переяславле Рязанском - своих наместников. В 1381 г. Олег смог вернуться на свой стол, но по договору, заключенному с Димитрием Иоановичем, он также признал себя «братом молодшим» по отношению к правителю Москвы, обязался разорвать союз с Литвой и следовать по отношению к ней в русле московской политики. Так же Олег должен был вести себя и в отношениях с Ордой: если Димитрий Иоанович заключит мир с Ордой и согласится выплачивать ей дань, то так же должен был бы поступить и рязанский князь; если же дело дошло бы до войны, то рязанский князь обязывался быть «с одиного на татар и битися с ними».

1380-1381 годы были временем наибольших успехов Димитрия Иоановича. Князья Северо-Восточной Руси подчинялись его политическому руководству. Наиболее могущественные из русских соседей - правители Твери и Рязани - признали себя «братьями молодшими» Димитрия Иоановича и обязались следовать его политике в отношении Литвы и Орды. Литовское наступление на Северо-Восточную Русь было остановлено, в смоленских и черниговских княжествах в верховьях Оки вновь утвердилось московское влияние. Объединившиеся вокруг Москвы русские княжества отказались платить «выход» могущественному ордынскому правителю Мамаю и соединенными силами нанесли ему поражение. Эта победа имела огромное моральное значение, т. к. показывала, что, соединив силы, русских земли могут избавиться от иноземного господства.

С этого времени перед Димитрий Иоанович на пути осуществления его политических планов стали возникать все более серьезные трудности. Еще весной 1380 г. правитель Кок-Орды хан Тохтамыш захватил ордынскую столицу Сарай. После поражения Мамая на Куликовом поле подчинявшиеся ему князья и мурзы перешли на сторону Тохтамыша, который впервые с начала 60-х гг. XIV в. объединил под своей властью всю территорию Золотой Орды. Тохтамыш известил об этом русских князей, и весной 1381 г. они отправили к нему послов «с честию и с дары». Одни исследователи полагают, что тем самым русские князья признали власть хана над своими землями, другие это отрицают. Ясно, однако, что результаты переговоров Тохтамыша не удовлетворили, т. к. летом 1382 г. он предпринял масштабный поход на Москву.

Тохтамыш учел уроки Куликовской битвы и принял все меры для того, чтобы его нападение было неожиданным. Это ему удалось. Димитрий Иоанович покинул столицу и уехал в Кострому собирать войска, вскоре из города уехал и митрополит святой Киприан. 23 августа 1382 г. ордынское войско подошло к Москве, 3 дня продолжался безуспешный штурм города. Лишь с помощью обмана (Тохтамыш заявил руководителю обороны князю Александру Федоровичу Остею и московскому духовенству, что его враг - Димитрий Иоанович, а от жителей Москвы он хочет только получить дары) хан сумел занять и разграбить столицу Московского княжества. После захвата города Тохтамыш стал рассылать по Московской земле свои отряды. Когда до него дошли известия, что один из отрядов был уничтожен войсками князя Владимира Храброго под Волоком Ламским, а в Костроме с войсками стоит Димитрий Иоанович, то хан поспешил увести свои войска в Орду, разграбив по пути Рязанскую землю. После этого набега среди князей, ранее признававших политическое верховенство Москвы, начались колебания. Олег Рязанский указал ордынскому войску тайные броды на Оке. Сыновья нижегородского князя Димитрия Константиновича - князья Василий и Семен - встречали ордынское войско на границе владений отца, затем вместе с ним под стенами Московского Кремля, целуя крест, убеждали москвичей поверить Тохтамышу. Нижегородские князья, так же как и москвичи, были обмануты, но в отличие от горожан остались живы. В начале сентября 1382 г. тверской князь Михаил Александрович тайно уехал в Орду, пытаясь вновь получить ярлык на Владимирское великое княжение.

Осенью 1382 г. к Димитрию Иоановичу прибыл ханский посол, который, очевидно, вызвал великого князя в Орду и сообщил о размерах дани. Весной следующего года великий князь отправил к Тохтамышу своего 11-летнего сына Василия I Димитриевича вместе с опытными боярами (в их числе был племянник митрополита Алексия Даниил Феофанович), которые отвезли в Орду дань - «8000 серебра». Хан не решился поддержать претензии правителя Твери, и «великое княжение» осталось за Димитрием Иоановичем. Однако это стоило великому князю больших затрат. Как отметил летописец, весной 1384 г. «бысть великая дань тяжелая по всему княженью великому, всякому без отдатка». Тохтамыш стремился держать в Орде в качестве заложников сыновей наиболее значительных русских князей. Задержанному в Орде Василию лишь осенью 1385 г. удалось бежать в Молдавию, откуда через земли Польши и Литвы он добрался до Москвы.

В 1-й половине 80-х гг. XIV в. особое место в политике Димитрия Иоановича заняли отношения с Литвой, где продолжались раздоры, начавшиеся после смерти Ольгерда. В 1383 г. при посредничестве вдовствующей великой княгини Иулиании Александровны было заключено соглашение между ее детьми Ягайло, Скиргайло (Иваном) и Корибутом (Дмитрием) и Димитрием Иоановичем. Судя по сохранившемуся его краткому изложению, Литовский великий князь Ягайло обязался жениться на дочери Димитрия Иоановича и принять Православие. Очевидно, хотя об этом прямо и не сказано, такое соглашение означало и военно-политический союз между 2 странами и помощь Димитрия Иоановича великому князю Литовскому в борьбе с его врагами. Осуществление такого соглашения означало бы вовлечение Литвы в сферу московского влияния, принятие литовцами Православия способствовало бы усилению влияния «русского» населения Литовского велого княжества на литовское. По-видимому, именно это не устраивало литовское боярство, боявшееся в этом случае утратить господствующее положение в стране. Предпочтение было отдано другому решению - соглашению с соседней Польшей. По этому соглашению Ягайло, женившись на польской королевне Ядвиге, становился одновременно польским королем, он и его подданные-язычники принимали католичество.

Объединение сил 2 крупных государств не только укрепило власть литовского боярства над «русскими» землями Великого княжества Литовского, но и создало условия для возобновления литовского наступления на восток. 29 апреля 1386 г. в битве с литовским войском на р. Вехре (совр. Вихра) под г. Мстиславлем погиб союзник Димитрия Иоановича смоленский князь Святослав Иванович. В Смоленске «из литовской руки» был посажен его сын святой Георгий (Юрий) Святославич, его старший брат св. князь Глеб Святославич был уведен как заложник в Литву. Завоеванные Димитрием Иоановичем позиции на черниговских землях также оказались под угрозой.

В этих неблагоприятных внешних условиях Димитрий Иоанович сумел сохранить положение самого сильного среди князей Северо-Восточной Руси, руководству которого подчинялись другие правители региона. В 1386 г. московский князь вступил в конфликт с Велим Новгородом, установившим к этому времени тесные связи с Литвой. Новгородцы не выплачивали «княжчин» - доходов, полагавшихся Димитрию Иоановичу как новгородскому князю, а новгородские ушкуйники ранее разорили поволжские города Кострому, Нижний Новгород и др. В предпринятом против Великого Новгорода походе участвовали войска русских князей - союзников великого князя: правителей Нижнего Новгорода, Городца-Радилова на Волге, Ростова, Ярославля, Стародуба. Объединенное войско подошло к Великому Новгороду, и новгородцы вынуждены были удовлетворить требования великого князя, выплатив ему за «княжчины» и ущерб, нанесенный его землям,- 8 тыс. рублей. Это были первые шаги для подчинения Великого Новгорода сильной великокняжеской власти.

Одним из важнейших итогов правления Димитрия Иоановича стало превращение земель Владимирского великого княжения в наследственное владение московских князей, что окончательно сделало их самыми сильными среди правителей Северо-Восточной Руси. В завещании, составленном незадолго до смерти, Димитрий Иоанович передал старшему сыну Василию «великое княжение» как свою вотчину.

Отношения между духовной и светской властями при великом князе Димирии Иоанновиче

В правление Димитрия Иоанновича церковно-государственные отношения длительное время определялись тесным сотрудничеством между молодым вел. князем и его воспитателем митрополитом Алексием. Впоследствии в Константинополе святителя укоряли в том, что он, став опекуном великого князя, «весь предался этому делу и презрел Божественные законы и постановления, приняв на себя вместо пасенья и поучения христиан мирское начальствование». Конечно, митрополит Алексий происходил из рода, тесно связанного с московской княжеской семьей, он заботился о своем воспитаннике, но его поддержка молодого великого князя объяснялась не только мирскими интересами. К началу 60-х гг. XIV в. положение Православия на территории Киевской митрополии было неблагоприятным. Огромные территории оказались под властью литовских князей-язычников. В их владениях Православие было не господствующей, а только терпимой религией. На территории Юго-Западной Руси под властью польского короля господствующей религией стал католицизм, здесь уже в 50-х гг. XIV в. создавались первые католические епископства. Митрополит Алексий в молодом князе видел будущего сильного православного правителя, который объединит русские земли под своей властью и утвердит в них православную веру.

В первые годы правления Димитрия Иоановича митрополит Алексий не только направлял политику московского правительства, но и использовал средства, которые были у него как у главы Русской Церкви. Так, осенью 1363 г. послы митрополита пригласили городецкого князя Бориса Константиновича в Москву, но тот отказался приехать, тогда они «церкви затвориша» в Нижнем Новгороде. Когда в спорах между тверскими князьями Тверской епископ Василий занял позицию, благоприятную для другого врага Москвы - владевшего Микулином кн. Михаила Александровича, по жалобе его тверских противников в 1367 г. приставы митрополита вызвали епископа в Москву, где «про тот суд владыце Василию бышет истома и протор велик».

Во 2-й половине 60-х гг. XIV в. при участии святителя Алексия сформировалась коалиция русских князей во главе с Димитрием Иоановичем, которая должна была нанести поражение литовцам-язычникам и привести к объединению русских княжеств вокруг православной Москвы. Когда ряд князей нарушили свои обязательства и в начавшейся войне встали на сторону Литвы, митрополит отлучил их от Церкви как вступивших в союз с язычниками против христиан. В июне 1370 г. Константинопольский патриарх Филофей Коккин подтвердил своим авторитетом эти санкции и призвал особыми грамотами князей, подвергшихся каре, подчиниться авторитету митрополита и заслужить прощение участием в войне с язычниками. О принятии данных мер просили совместно посол великого князя Даниил и посол митрополита Аввакум. Эти факты говорят о тесном взаимодействии Димитрия Иоановича и свт. Алексия. Патриарх Филофей писал великому князю, что с радостью узнал от митрополита, «как ты уважаешь и любишь его и оказываешь ему всякое послушание и благопокорение». Очевидно, что еще и в 1370 г. великий князь оставался благодарным воспитанником святителя. Именно в правление Димитрия Иоановича утвердилась практика, по которой соглашения великого князя с удельными князьями и с другими правителями стали заключаться по благословению митрополита.

Действия, предпринятые митрополитом Алексием, натолкнулись на резкое сопротивление со стороны Литовского великого князя Ольгерда и его союзников, обратившихся к патриарху Филофею с жалобами на митрополита, который благословляет москвичей на войну с Литвой, освобождает вассалов Литовского великого князя от присяги на верность сюзерену, не заботится о пастве, живущей во владениях Ольгерда (Ольгерд закрыл для митрополита въезд в свои владения). В августе 1371 г. патриарх назначил суд для разбора жалоб, предложив митрополиту Алексию до судебного решения снять с тверского князя Михаила Александровича и Тверского епископа отлучение. Одновременно патриарх призвал митрополита искать соглашения с противниками, а тех в свою очередь пойти навстречу своему пастырю и с почетом принять его. Весной 1374 г. у митрополита Алексия с посреднической миссией побывал посол патриарха Филофея Киприан (впоследствии митрополит Киевский и всея Руси). Как позднее указывалось в патриарших документах, митрополит Алексий отказался посетить владения Литовского великого князя Ольгерда, куда, по его убеждению, он был приглашаем «с коварной целью». К этому времени благодаря военно-политическим успехам Димитрия Иоановича сфера, на которую распространялась реальная власть митрополита Алексия, заметно расширилась. Он получил возможность поставить епископов в Смоленск и Брянск.

Ольгерд потребовал поставить для его владений особого архиерея, угрожая, что в противном случае он и его подданные примут католичество. 2 декабря 1375 г. патриарший посол Киприан, нашедший к тому времени взаимопонимание с литовскими политиками, был поставлен на Киевскую и Литовскую митрополию. У патриарха Филофея были важные основания для принятия такого решения. Длительный конфликт между митрополитом Алексием и великим князем Ольгердом привел к тому, что первому был закрыт доступ на те земли Киевской митрополии, которые находились под властью Литвы. Здесь без опеки со стороны верховного пастыря началось расстройство церковного управления, на некоторых кафедрах не было епископов, а церковные земли захватывали миряне. Решение патриарха Филофея должно было содействовать сохранению позиций Православия на будущих украинских и белорусских землях. Разделение митрополии на 2 части было временным. После смерти митр. Алексия вся территория Киевской митрополии должна была объединиться под властью свт. Киприана. В Москву были направлены послы патриарха Георгий и Иоанн, чтобы известить митр. Алексия и Димитрия Иоановича о принятом решении. Послы также должны были произвести и «дознание о жизни Алексея», рассмотреть выдвинутые против него обвинения.

Реакция великого князя и его советников на это вызванное важными причинами решение патриарха и Синода оказалась очень острой. В Москве его восприняли как продиктованное интересами Литвы и выразили несогласие с действиями императора, его одобрившего. Все обвинения против свт. Алексия были отвергнуты, здесь его «все считали... отцом и называли спасителем народа». Митрополит не допустил открытог